О.Л.Михалёва
По мнению французского структуралиста Мишеля Фуко, инструментом освоения реальности является речь, речевая практика людей, в ходе которой не только осваивается, «обговаривается» мир, но и складываются правила этого обговаривания, правила самой речи, а значит и соответствующие мыслительные конструкции. Речь в таком ее понимании принято называть дискурсом. Дискурс — это одновременно и процесс и результат — в виде сложившихся способов, правил и логики обсуждения чего-либо.
При таком употреблении дискурс рассматривается как отложившийся и закрепившийся в языке способ упорядочения действительности, способ видения мира, реализуемый в самых разнообразных (не только вербальных) практиках, а следовательно, не только отражающий мир, но и проектирующий и сотворяющий его.
Иначе говоря, при таком подходе понятие «дискурс» включает в себя общественно принятые способы видения и интерпретирования окружающего мира и вытекающие из именно такого видения действия людей и институциональные формы организации общества.
В рамках такого подхода дискурс понимается как социальная деятельность, происходящая с помощью или же посредством языка в условиях реального мира и реального взаимодействия людей. «Дискурс, – пишет Ю.С. Степанов, – это новая черта в облике языка, каким он предстал перед нами к концу ХХ века» [12: 71]. И разъясняя смысл этой черты, указывает на «особое использование языка» для выражения особой ментальности и даже «особой идеологии» [12: 38].
Дискурс существует прежде всего и главным образом в текстах, но таких, за которыми встает особая грамматика, особый лексикон, особые правила словоупотребления и синтаксиса, - в конечном счете - особый мир. В мире каждого дискурса действуют свои правила синонимичных замен, свои правила истинности, свой этикет. Это «возможный (альтернативный) мир» в полном смысле этого логико-философского термина. Каждый дискурс - это один из «возможных миров». Понимаемый таким образом термин «дискурс» (а также производный и часто заменяющий его термин «дискурсивная практика», под которым понимается «тенденции в использовании близких по функции, альтернативных языковых средств выражения определённого смысла» [2: 246]) описывает способ интерпретирования, способ говорения. Исследователей интересует не дискурс вообще, а его конкретные разновидности, задаваемые широким набором параметров: чисто языковыми отличительными чертами (в той мере, в какой они могут быть отчетливо идентифицированы), а также спецификой тематики, систем убеждений, способов рассуждения и т.д. (можно было бы сказать, что дискурс в данном понимании – это стилистическая специфика плюс стоящая за ней идеология * ).
Таким образом, мысли когнитологов о том, что язык позволяет доступ к работе нашего сознания и нашего интеллекта, «своеобразно преломляются здесь, логически приводя к возможности увидеть за дискурсом (текстом, имеющим своего автора и создаваемым для выражения его позиции в определённых конкретных условиях его социального бытия) особый фрагмент ментального мира и восстановить его специфические особенности» [8: 16].
Поэтому в понятии «дискурс» отражаются не только «прямая связь с реальными речевыми потоками, но и их стиль, их предназначенность на решение определённых социальных проблем и их участие в социальной интеракции людей, откуда акцент на интенциональность самого речевого потока и его моделирование под прямым воздействием этого фактора» [8: 18].
Дискурс, лингвистически объективируя, выступает важным инструментом и аспектом идентификации и институционализации.
Следовательно, необходимо учитывать всю совокупность обстоятельств, способствовавших его возникновению, а именно принадлежность к некой социальной общности в определённый исторический период, поскольку дискурс – это «социальный диалог, происходящий посредством и через общественные институты между индивидами, группами и организациями, а также и между самими социальными институтами, задействованными в этом диалоге» [6: 2].
Дискурс, « сводящийся к образцам вербального поведения, сложившимся в обществе применительно к закреплённым сферам общения » [7: 28], можно назвать институциональным.
В основе институциональных форм общения лежат определённые социальные правила и ритуализированность функционирования. Степень ритуализированности общения зависит от таких факторов, как степень знакомства, степень официальности обстановки общения, социальный статус коммуникантов. Таким образом, институциональный дискурс представляет собой общение в заданных рамках статусно-ролевых отношений, поэтому институциональный дискурс можно определить как вербализуемую речемыслительную деятельность, происходящую между представителями определённых (неких) социальных институтов в определённых (конкретных) социокультурных условиях.
Применительно к современному обществу исследователи выделяют следующие виды институционального дискурса: политический, юридический, научный, военный, педагогический, религиозный, медицинский, рекламный, спортивный, сценический и массово-информационный. Этот список можно изменить или расширить, поскольку общественные институты существенно отличаются друг от друга и не могут рассматриваться как однородные явления, кроме того, они исторически изменчивы, могут сливаться друг с другом и возникать в качестве разновидностей в рамках того или другого типа.
«Специфика институционального дискурса раскрывается в его типе, т.е. в типе общественного института, который в коллективном языковом сознании обозначен особым именем, обобщен в ключевом концепте этого института (политический дискурс - власть, педагогический - обучение, религиозный - вера, юридический - закон, медицинский - здоровье и т.д.), связывается с определенными функциями людей, сооружениями, построенными для выполнения данных функций, общественными ритуалами и поведенческими стереотипами, мифологемами, а также текстами, производимыми в этом социальном образовании» [7: 30].
Институциональный дискурс выделяется на основании двух системообразующих признаков:
Представляется, что к данному набору отличительных признаков, необходимых для выделения определённого вида институционального дискурса, следует добавить ещё один системообразующий критерий – тему общения . Так, если темой данного институционального дискурса являются вопросы политики, то есть происходит вербализация политических взглядов, установок, интенций, то такой вид институционального дискурса можно назвать политическим.
Основным системообразующим критерием для выделения этого вида дискурса может служить тематический определитель цели « борьба за власть », так как при наблюдающемся жанровом и стилевом разнообразии все остальные критерии лишь уточняют основной и варьируются в зависимости от контекста.
Говоря о политическом дискурсе, Е.И.Шейгал отмечает, что он имеет полевое строение, в центре которого находятся те жанры, которые в максимальной степени соответствуют основному назначению политической коммуникации – борьбе за власть. Это парламентские дебаты, речи политических деятелей, аналитический комментарий. В периферийных жанрах функция борьбы за власть переплетается, как показывает автор, с функциями других видов дискурса, при этом происходит наложение характеристик разных институциональных дискурсов в одном тексте (например, интервью с политиком включает элементы не только политического, но и рекламного дискурса) [13: 22].
Но в связи с тем, что интенция борьбы за власть - это специфическая характеристика политического дискурса, она имманентно присутствует во всех его жанрах, будь то агитационная речь, дебаты в парламенте или политическая дискуссия.
Естественно предположить, что наиболее ярко дискурс политических сил проявляется в моменты острой борьбы, а именно в разгар предвыборной кампании. Поэтому для анализа нами отбирались тексты агитационных выступлений, имеющие сходство как формальное (время выступления около 5 минут), так и содержательное (говорящими реализовывалось одно и то же коммуникативное намерение – привлечение на свою сторону максимально большего числа людей). Думается, что благодаря такому подходу к выбору материала прогнозируется корректность результатов производимого анализа.
В ходе предварительных наблюдений было выявлено следующее сходство анализируемых текстов: несмотря на принадлежность говорящих к разным (порой противоположным) политическим направлениям, во всех текстах присутствуют одинаковые блоки. Политик говорит о себе, о своём движении, иногда упоминая при этом ещё и политических союзников. В другом блоке фиксируются упоминания и характеристики «Другого» - это чаще всего политический противник.
Таким образом, в анализируемом материале представлено описание действия (дана характеристика действия), как минимум, двух субъектов: «Я» ( Sb -говорящий) и «Другой» (это может быть Sb -производитель описываемого говорящим действия; а также это может быть Sb -наблюдатель):
1. Я решил сегодня сам прийти к вам, чтобы сказать несколько слов (Григорий Явлинский).
Мы хотим исправить ситуацию (Григорий Явлинский).
Наши соотечественники научились сравнивать слова и дела (Сергей Ястржембский).
2. Это вот они-то фашисты. Потому что они все свои баснословные состояния скопили на нашей крови, на нашей смерти. Они не грабители, они не воры, они убийцы. Потому что сегодня каждый доллар, который они вытащили из России, - они называют суммы в 200, до 150 миллиардов долларов, - это ведь украденный хлеб с российского стола (Борис Миронов «Спас») .
3. Мало их называть грабителями (Борис Миронов «Спас»). (представлено два субъекта действия: Sb -другой и Sb -говорящий).
Но эта же самая ситуация (описание действительности, которая видится говорящему) может быть представлена конструкцией, где – формально – субъект не выражен:
Сегодня быть вне политики – значит быть вне жизни, вне общества (Сажи Умалатова).
Сегодня в отличие от 1996 года сделать правильный выбор легче: больше не надо голосовать сердцем, пришло время голосовать разумом (Сергей Ястржембский).
Но от этого не заработает ни один завод, не создастся ни одно рабочее место, не выплатится ни одно детское пособие (Сергей Ястржембский).
И мы с вами через 4 года будем видеть, как восстановятся наши заводы и фабрики, как восстановится наша жизнь, и как мы будем снова петь наши русские замечательные песни (Вера Савчук).
Социализм / или смерть под пятой / мирового капитала / третьего не дано (Виктор Анпилов).
Экономика деградирует, промышленность в упадке, рушатся нравственные устои общества (Сажи Умалатова).
Страна по-прежнему находится в зависимости от Международного валютного фонда. Огромный внешний долг не уменьшается. Продолжается утечка капитала за границу (Сажи Умалатова).
На основании вышеизложенного представляется возможным выдвинуть следующую гипотезу : существует несколько способов представленности субъекта в высказывании, каждый конкретный способ избирается говорящим с определённой прагматической целью.
Исходя из этого, предполагается решить следующие задачи :
Для дальнейшего анализа следует определиться с терминологией, поскольку термины, употребляемые отдельными авторами, весьма неоднозначны. Поэтому вначале следует пояснить, что нами понимается под такими терминами, как «пропозиция», «семантический и синтаксический предикат», «актант», «партиципант», «диатеза».
Известно, что предложение как конструктивный знак соотносится с внеязыковой реальной или мыслимой ситуацией как со своим денотатом. Оно вычленяет в действительности тот или иной её фрагмент и представляет этот кусок действительности как расчленённое и вместе с тем целостное единство. Его денотатом является не просто совокупность отдельных элементов опыта, а их ансамбль. Связанные в рамках ситуации неким отношением предметы (в самом широком смысле слова, т.е. люди и животные, предметы природы и артефакты и т.п.) квалифицируются как участники (партиципанты) ситуации.
Внеязыковая ситуация отображается семантической конструкцией, которую называют пропозицией. Её ядром служит семантический предикат, отображающий отношение или свойство. Предикат, обладая определённым валентностным потенциалом, стремится создать своё окружение. В это окружение входят единицы значения, соответствующие отдельным элементам ситуации, а также отображающие участников ситуации, или партиципантов. Это так называемые семантические актанты. Актанты квалифицируются в зависимости от той роли, которые играют в описываемых ситуациях их предметные участники. Им приписываются семантические роли агентива (производителя действия), объектива (объекта действия), инструмента и т.д.
Пропозиция выступает как начальный способ «упаковки» информации, которая подлежит передаче посредством высказывания. Пропозиция есть означаемое элементарной синтаксической конструкции. Ядром этой конструкции является синтаксическая единица, имеющая свои означаемым предикатную семантему. Это синтаксический предикат. Его окружение образуют синтаксические актанты - такие синтаксические единицы, означаемыми которых выступают семантические актанты. Валентностный потенциал синтаксического предиката предопределяется прежде всего валентностным потенциалом предиката семантического. Таким образом, возникает некий набор участников ситуации, который представляет собой диатезу.
Обратимся к одной из самых главных семантических ролей, которая важна нам ещё и потому, что является ведущей при реализации описываемого нами приёма «Устранение субъекта» - к роли агенса.
Термин «агенс» - [от латинского слова agens «действующий», партиципант, осуществляющий контроль над ситуацией; тот, по чьей инициативе она разворачивается] – принят в лингвистической семантике для обозначения деятеля (субъекта), чьё наличие непременно предполагается при описании действия.
«Агентивность предполагает помимо самого понятия действия существенную зависимость ситуации от агенса» [5: 98]. Свидетельствуют об этом признаки, приводимые Е.Л.Григорян в качестве характеристики агентивности: «контроль ситуации со стороны агенса, использование собственной внутренней энергии (действие по внутреннему импульсу), решающий вклад в действие» [5: 98].
В предложении агенс выражается, как правило, в форме подлежащего. Более того, сама позиция подлежащего может приписывать соответствующему партиципанту элемент агентивного значения. Тем самым маркируется выдвижение одного из актантов на роль первого, главенствующего в логическом плане.
Поскольку язык обычно ориентирован на то, что главный персонаж играет в ситуации скорее активную, чем пассивную роль (то есть чаще всего является Агенсом; который кодируется именительным падежом), то получается, что существительное в именительном падеже чаще всего обозначает главного персонажа, т.е. субъекта действия.
Это отношение, как было показано выше, можно переосмыслить и использовать именительный падеж как средство кодирования не только Агенса, но и любого партиципанта вообще (т.е. того, на кого говорящему выгодно в данный момент обратить внимание слушающего), вне зависимости от того, контролирует ли этот партиципант ситуацию (т.е. является агенсом) или он является партиципантом, испытывающим, претерпевающим чьё-либо воздействие (пациенс, экспериенцер или бенефактив).
Рассмотрим следующие два примера:
Несмотря на то, что существительное кандидат в одном предложении стоит в форме винительного, а в другом – в форме именительного падежа, и в том и в другом случае кандидат является Пациенсом (а мы – Агенсом). То есть в языке возможны различные конструкции для описания одной и той же ситуации.
Выбор той или иной из этих конструкций определяется тем, какой из участников ситуации находится в центре внимания говорящего, или, чуть точнее, является главным персонажем текущего отрезка повествования. Если говорящему важно по каким-то причинам обратить внимание слушающего на нас, то именительным падежом будет кодироваться Агенс; если на кандидата – то Пациенс. Словоформы именительного падежа кандидат в примере (б) и мы в примере (а) очевидно кодируют разные роли; общим у них является то, что соответствующие этим словоформам партиципанты находятся в сюжетном центре сообщения, но играют разные роли в диатезе. Таким образом происходит сдвиг внимания у слушающего: субъект действия (агенс) может как находиться в Центре диатезы, так и уходить на Периферию.
См. примеры с изменяющейся ориентацией представления одной и той же предметной ситуации (т.е. пропозиция при этом выражается одна и та же):
Итак, все три предложения представляют одну и ту же ситуацию, следовательно, и одну и ту же пропозицию.
Предикат, представленный конверсивной парой «подарить – получить», трёхвалентен, он присоединяет к себе три актанта: агенс, бенефактив (одуш. существо, на пользу или во вред которому совершается действие), объектив.
Представим данную ситуацию в виде обобщённой схемы, не конкретизируя участников (партиципантов): «Отношение, возникающее в процессе передачи собственности + агенс + бенефактив + объектив».
Данная структурная схема представляет собой инвариант, в пределах которого существуют возможности построения перифраз, находящихся в отношении семантического тождества.
Но при конкретизации этой схемы возникает потребность в выборе одного из актантов для постановки его в позицию подлежащего. Для этого в процессе речи говорящий может актуализировать любой из партиципантов, представленных в обобщённой схеме: в позиции подлежащего (а следовательно, главного деятеля - субъекта действия) может оказаться агенс (1), бенефактив (2) или объектив (3).
До этого нами рассматривались участники обозначаемой предикатом ситуации, т.е. семантические актанты.
Теперь следует описать, каким образом ведут себя синтаксические актанты, именные члены предложения, заполняющие валентности данного предиката.
На синтаксическом уровне ситуация действия может быть представлена несколькими способами в зависимости не только от описываемой ситуации, но и в первую очередь от того, на чём хочет актуализировать внимание говорящий.
Происходит это благодаря деформации диатезы. Исходной (прямой) диатезой для данного предиката называется такая, при которой каждый участник ситуации (партиципант) обозначен в предложении соответствующим ему и канонически оформленным актантом и каждый актант (стоящий в определенной грамматической форме) обозначает соответствующего ему партиципанта, выполняющего в ситуации ту роль, которая стандартно выражается именно данной грамматической формой.
Такой диатезе в нашей шкале соответствует часть первая. Все остальные пункты демонстрируют формальную (на синтаксическом уровне) представленность косвенных (производных) диатез, т.е. тех, где имеет место какое-либо отклонение от канонической схемы.
Это, в частности, касается и того случая, когда сама позиция подлежащего может приписывать любому партиципанту элемент агентивного значения, что становится возможным потому, что агенс, как правило, выражается в форме подлежащего, а значит, через форму имплицируется слушающему мысль о том, кто из партиципантов обозначает активного деятеля в реальной ситуации, т.е. представляет субъекта действия. Но поскольку, как уже было показано выше, не всегда в позиции подлежащего может находиться именно агенс, то именно косвенная диатеза является средством манипулирования сознанием слушающего.
Благодаря подобным конструкциям имплицируется мысль, что тот, о ком идёт речь, может быть представлен не ответственным за совершаемое действие, а всего лишь орудием или объектом неких сил, противостоять которым невозможно.
Рассмотрим ряд примеров, иллюстрирующих возможные способы представленности субъекта в высказывании.
I. Sb выражен эксплицитно, находится в Центре диатезы, формально представлен подлежащим.
Sb представлен агенсом, партиципантом, обозначающим лицо, осуществляющее контроль над ситуацией, того, по чьей инициативе она разворачивается.
Только коммунистическая партия – это партия вчерашнего дня, а-а вчерашнего номенклатурного капитализма, а Лужков с Примаковым – это партия сегодняшнего, вот и вся меж ними разница ( Борис Немцов).
Мы не можем согласиться с методами, которыми работает губернатор Яковлев , когда он собирает митинги против Верховного Суда (Григорий Явлинский) .
Выступал Исаев от блока «Отечество» (Владимир Жириновский).
Я – единственный лидер партии, который никогда не сотрудничал с КПСС (Владимир Жириновский).
Но я убеждён, что у него есть свои идеи, свои планы, свои цели, и я считаю, что он должен вести себя очень и очень осторожно, чтобы его не отправили в отставку раньше времени (Борис Немцов).
Но ваш президент , любимчик, ни одну Думу не разогнал (Владимир Жириновский).
Пусть рабочие / крестьяне / творческая интеллигенция / не сомневаются / банда политических выжиг / рвачей / и банальных жуликов / рано или поздно / предстанет перед судом и понесут возмездие (Виктор Анпилов).
Но демократы от перестройки не открещиваются. А коммунисты продолжают настаивать, что Октябрь – это великая революция ( Владимир Жириновский).
Наши оппоненты полагали, что демократы не способны объединиться (Егор Гайдар) .
Другая – «Отечество – Вся Россия», основу этого блока составляют региональные руководители, губернаторы (Григорий Явлинский).
Наши соотечественники научились сравнивать слова и дела (Сергей Ястржембский).
А м-м каждый депутат получает столько же, сколько министр, а пенсия его 75% от заработной платы (Борис Немцов).
Наши друзья-единомышленники во многих восточно-европейских странах, в той же Польше, доказали, что можно, делая строго то, за что боролись мы, сформировать базу устойчивого экономического развития на рыночных отношениях (Егор Гайдар).
Профессиональные путаники могут запутать кого угодно (Владимир Путин).
Знаете, во многом э партия э начальников ОВР и коммунисты близки, ведь коммунисты уже давным-давно не защищают интересы рабочих, крестьян, интеллигенции – то, о чём они трубят (Борис Немцов).
Да потому что уворовав народную собственность, новые господа зубами будут за неё держаться и будут на это удержание направлять любые, все усилия, которые даёт власть (Виктор Тюлькин).
Десять лет назад мальчик был анархистом, он хотел разрушать всё и вся (Владимир Жириновский).
Есть реформаторы , которые говорят о реформах, но эти реформы приводят к ухудшению (Владимир Жириновский).
И сегодня ими (латышами. – О.М.) управляют выходцы с североамериканского континента (Владимир Жириновский).
Дума окажется неспособной принимать самые важные, самые неотложные решения (Григорий Явлинский).
Резко сдвинувшаяся влево Дума оказалась важнейшим препятствием на пути России в цивилизованное общество (Егор Гайдар).
В области политики / наш блок выступает / за восстановление власти / самих трудящихся / непременным условием чего / должно быть учреждение / постов президентов / мэров / губернаторов (Виктор Анпилов).
Даже Кремль занял в отношении этой силы мягкую позицию (Владимир Жириновский).
Сменяющие друг друга правительства, парламент так и не смогли переломить ситуацию (Сажи Умалатова).
Вот за эту статью фракция коммунистов проголосовала практически единодушно, только один был по-моему против (Борис Немцов).
С одной лишь разницей, что Союз правых сил не участвует в этих выборах просто потому, что они незаконны (Борис Немцов).
Но я считаю, что вот наша позиция должна быть принципиальной до конца и надеюсь на то, что демократические силы Санкт-Петербурга, да и страны в целом , поддержат Союз правых сил в этом (Борис Немцов).
Наша некогда сильная и независимая держава , по праву считавшаяся великой, сегодня находится в тяжелейшем состоянии (Сажи Умалатова).
И при этом государство ещё ведёт войны ещё и со своим собственным народом (Сажи Умалатова).
В «Спас» входят многие организации , в том числе Русская Православная, Русская Патриотическая Партия, Союз православных граждан России, куда входят 64 православные организации, и другие (Борис Миронов «Спас»).
Вооружённые силы нашей / страны России / должны иметь всё необходимое / для отражения внешней агрессии / а органы безопасности / милиция / иметь всё необходимое для / пресечения / антисоветских / бандитских вылазок / от Кремля до горного аула (Виктор Анпилов).
Занятая принятием безответственных популистских законов, блокирующая формирование правовой структуры, защищающей частную собственность, озабоченная больше всего своими льготами и привилегиями, Дума даже в те короткие периоды, когда правительство хотело проводить реформы, оказалась надёжным тормозом на пути их реализации (ЕгорГайдар).
Сегодня ни одна политическая сила , имеющая шансы попасть в Думу, не готова поставить под сомнение рынок, частную собственность, конвертируемую валюту, выдвинуть идею полномасштабного коммунистического эксперимента ( Егор Гайдар).
В 95-ом году те политические силы , которые в целом вместе поддерживали идеи формирования капиталистической экономики, капиталистического общества европейского типа, оказались разъединёнными и не преодолели 5%-ного барьера (Егор Гайдар).
В-третьих, Конституцию принял народ на референдуме, так, на всякий случай (Борис Немцов).
Те силы , которые хотели сформировать в России номенклатурный капитализм латиноамериканского типа, получили возможность остановить необходимые реформы, задержать Россию в болоте между развалившимся социализмом и ещё не построенным цивилизованным рынком (Егор Гайдар).
Его (премьер-министра Путина) поддерживают миллионы российских граждан ( Борис Немцов).
И я за то, чтобы, если власть этого не понимает, если власть совершает какие-то ошибки, ей надо подсказывать об этом, ей надо помогать (Умар Джабраилов).
Допустим, что пройдут эти выборы 19 декабря, и допустим, та же самая власть , что сейчас в Смольном, так и останется в Смольном, если дальше суд отменит решение о проведении выборов, а такое возможно, и люди будут обманутыми ( Борис Немцов).
От голоса каждого из вас уважаемые избиратели / зависит / каким путём пойдёт человечество / какую роль будет играть Россия в новом тысячелетии (Виктор Анпилов).
За блок «Отечество – Вся Россия» агитирует сама жизнь (Сергей Ястржембский).
Вы думаете, новый режим демократический уменьшил? (Владимир Жириновский).
Те, кто говорят , интеллигенция спасёт. Я говорю вам, что интеллигенция только разрушает (Владимир Жириновский). (то, что подчёркнуто, у В.Жириновского употреблено в качестве обращения, номинации того, к кому обращаются с речью. – О.М.)
Но одни употребляют её (власть) для личной пользы, другие – для того, чтобы принять нужные стране законы (Владимир Путин).
Знаете, у нас, в основном, кому к семидесяти уже хотят быть президентом (Борис Немцов).
И мы с вами , а мы с вами в большинстве своём - избиратели, в последний раз восстановим в памяти названия блоков, партий, имена кандидатов, за которых уже послезавтра нужно пойти и проголосовать (Владимир Путин).
Последние четыре месяца мы хорошо потрудились вместе и в экономике, и в законотворчестве (Владимир Путин).
Мы смелые, решительные, и мы – специалисты, и мы не обманываем вас (Владимир Жириновский.
Вот вы в тюрьмах останетесь на Новый год и четыре миллиона наших граждан, практически, кто в тюрьме и их родственники, вы не встретитесь! (Владимир Жириновский).
Сейчас он образумился, но пусть он ещё поучится (Владимир Жириновский).
Они , как и мы, против того, чтобы проводились незаконные выборы (Борис Немцов).
Но когда они , эти голодные, приходят в парламент, они наоборот ещё увеличивают зарплату. Вспомните, как они при Горбачёве орали, что было 18 миллионов чиновников ( Владимир Жириновский).
Они (ОВР и коммунисты. – О.М .) защищают интересы монополий. Помните нашу историю, например, с Газпромом? На чьей стороне они были? Они защищают интересы советского типа директоров и абсолютно не заботятся об интересах людей (Борис Немцов).
В депутаты идут только те, которые хотят быть причастными к власти, стать частью этой власти (Владимир Путин).
Во многом это случилось потому, что те, кто выступал за проведение необходимых в России реформ , оказались недостаточно организованными, недостаточно объединёнными (Егор Гайдар).
Э и кстати говоря , те, которые сейчас вошли в «Отечество» из независимых, так называемых депутатов, они тоже поддержали коммунистов в этом голосовании (Борис Немцов).
В этом смысле их позиция очень близка к позиции «Отечества»: те защищают интересы бюрократии, интересы номенклатуры (Борис Немцов).
Как некоторые предлагают дать свободу чеченцам (Владимир Жириновский).
Лукашенко хочет въехать в Кремль, а некоторые не хотят оттуда уходить (Борис Немцов).
II. Sb выражен эксплицитно, находится на Периферии диатезы, формально представлен дополнением.
Sb представлен агенсом, партиципантом, обозначающим лицо, осуществляющее контроль над ситуацией, того, по чьей инициативе она разворачивается.
Это провокация Примакова и коммунистов ( Владимир Жириновский).
Да, это прямое поручение премьера Путина (Анатолий Чубайс).
В конце 91-го года, в условиях хаоса, порождённого крахом социалистической экономики, социалистической системы, мне пришлось войти в состав Российского правительства, а потом – возглавить его (Егор Гайдар).
Уйдут хотя бы на время громкие лозунги и обещания кандидатов ( Владимир Путин).
Больше нет там ни одного нормального завода, ни одной нормальной фабрики, и избыток продовольствия некуда девать латышским крестьянам ( Владимир Жириновский).
И последние расследования Министерства по чрезвычайным ситуациям, Генеральной прокуратуры России показали, что это именно так ( Владимир Путин).
И чтобы её слова, слова этой власти , не расходились с делами ( Владимир Путин).
И туда ( в списки – О.М.) включают всех, кто пытается защищать права русских . ( Владимир Жириновский).
У нас есть свои национальные проблемы и национальные заботы (Борис Миронов «Спас»).
Выбор за вами (Виктор Анпилов).
И нас абсолютно не волнуют те черные списки, которые они сделали в Латвии ( Владимир Жириновский).
Но за нашими плечами ещё десятки миллионов тех, кто пока не голосует ( Владимир Путин).
Причём особенно это было заметно у тех, кто по самой своей обязанности, что называется «по долгу службы», должны были соблюдать приличия, хотя бы приличия (Владимир Путин).
Поэтому нельзя допускать э в органы государственной власти тех, кто ещё мечется и не могут разобраться ( Владимир Жириновский).
III. Sb представлен имплицитно, он выведен за пределы диатезы, о его участии в ситуации свидетельствует только форма предиката (если предикат выражен глагольной формой):
Не только его (Ельцина) похороним , но и Ленина похороним и вас, демократов (Владимир Жириновский).
А считаем более ста лет, что частная собственность – это кража (В.Тюлькин. Коммунисты, трудящиеся России за Советский Союз).
Спас сегодня называют объединением фашистов (Борис Миронов).
Нас сократили, уменьшили, ослабили на это число (Борис Миронов).
И нам сегодня говорят , что мы же фашисты! (Борис Миронов).
Знаете, знаете , нашего президента хоронили раз уже этак тридцать (Борис Немцов).
У всех остальных нашли тоже ошибки, те же упущения, но всех пропустили , даже с фашистской тенденцией, а ЛДПР не пропустили (Владимир Жириновский).
Только нас попытались не допустить к власти, не допустить к выборам. Только нас! Фашистов пропустили , коммунистов пропустили , только ЛДПР всем, так сказать, мешает: и левым, и правым, потому что мы говорим правду ( Владимир Жириновский).
А если говорить честно – умыкнули у нас эти проценты (Виктор Тюлькин).
Вас будут обманывать весь этот месяц, и кому поверить ? (Владимир Жириновский).
Вам предлагают отобрать всё, что есть, и снова поделить ( Владимир Жириновский).
Много у нас плохого, но нельзя проклинать Думу. Хотя можно было её разогнать , но он её не разогнал, Борис Ефимыч ( Владимир Жириновский).
Это «Закон о русофобии», ибо нельзя бесконечно и безнаказанно оскорблять великую нацию ( Борис Миронов ) .
Поэтому нельзя допускать э в органы государственной власти тех, кто ещё мечется и не могут разобраться ( Владимир Жириновский).
Нам чуть-чуть не хватило для того, чтобы пройти в Государственную Думу (Виктор Тюлькин).
Вот сейчас нужно принять новый кодекс об административных правонарушениях ( Владимир Жириновский).
И вообще нельзя давать свободу территориям . Нужно давать свободу гражданину. Это давно уже дано! Свобод достаточно! Но нужно найти деньги ( Владимир Жириновский).
Опять пересмотреть, отобрать - значит залить кровью нашу страну ( Владимир Жириновский).
И наоборот, чтобы принимались законы , соответствующие интересам русских ( Борис Миронов ).
А мы знаем, как сегодня нарушаются наши права не только в Чечне и Ингушетии, но и в Башкирии, Татарстане и Якутии (Борис Миронов).
Пустят нас или не пустят на выборы, это будет решаться в ближайшие дни, зависит от нас с вами ( Борис Миронов ).
Я должен сказать, что за четыре года Государственной Думы // в которой, кстати, ЛДПР занимает не последнюю роль // не принят ни один / важный для страны экономический закон. / Например, как не принят закон о земле (Борис Немцов).
Тот самый Спас, против которого брошены сегодня все силы , чтобы не допустить нас до выборов (Борис Миронов).
Это мы, русские , доведены сегодня до такого состояния, что в Вятской области ребятишки едят сегодня протравленное зерно (Борис Миронов).
А вот великая Россия, в которой русские унижены, ограблены, больны , где они вымирают, – это нонсенс (Борис Миронов).
Ибо сегодня от нас отрезаны миллионы наших единокровных братьев .
Мы считаем, что должен быть остановлен этноцид , то есть бескровный, духовный геноцид русской нации, направленный на её денационализацию ( Борис Миронов ).
Мы считаем, что должны быть отменены неравноправные международные договоры , не соблюдающие интересы русской нации. Должен быть осуществлён немедленно союз с Беларусью и так далее ( Борис Миронов ).
Наша программа нацелена на организацию именно такого сопротивления (Виктор Тюлькин).
Им опасно только одно. Опасна оппозиция и прежде всего организованное сопротивление широких масс, трудовых коллективов (Виктор Тюлькин).
IV. Sb представлен имплицитно с помощью номинализации, для которой характерно формальное отсутствие Sb , находящегося при этом внутри свёрнутой пропозиции, представленной синтаксическим дериватом.
Как известно, семантические валентности соответствуют обязательным переменным в толковании слова. В свою очередь, эти переменные возникают в толковании как «наследники» семантических валентностей более простых предикатов, входящих в толкование. Ср. «выбор» - действие по глаголу «выбрать». Предикат «выбрать» - двухвалентен ( кто - выбрал – что ), производный от него синтаксический дериват сам заполняет его вторую, объектную, валентность, а субъектная валентность остаётся незаполненной, что позволяет говорящему сделать подмену при выборе номинации для субъекта.
Мы идём в Государственную Думу / чтобы поставить наконец / вопрос / об ответственности власти за унижение народа / за развал Советского Союза / за расстрел Верховного Совета России / за развал нашей экономики / за нищенские пенсии / ветеранам (Виктор Анпилов).
Я призываю к единению всех, готовых идти в одном ряду с нами, бороться за возрождение нашей великой Родины (Сажи Умалатова)
Будучи в Государственной Думе / мы поставим вопрос / о пересмотре итогов / преступной приватизации (Виктор Анпилов).
Мы за упразднение / за ликвидацию привилегий / любых чиновников / включая самих депутатов (Виктор Анпилов).
Если не предпринять решительных мер по возрождению нашей экономики, наведению порядка в собственной стране, мы можем потерять Россию как единое независимое государство (Сажи Умалатова).
Никакой революции! Никакой реформы! Никакой перестройки ! Никакой свободы чеченцам ( Владимир Жириновский).
В результате проведённого исследования мы пришли к выводу о том, что в современном политическом дискурсе представлено три субъекта действия:
1. Sb политического действия - 1 (сам говорящий): Я – единственный лидер партии, который никогда не сотрудничал с КПСС (Владимир Жириновский).
2. Sb политического действия – 2 ( соперник, который реально в разговоре может участвовать ( и тогда это ситуация «открытого противостояния»), а может и отсутствовать в данный момент ( ситуация «скрытого противостояния»): Вы сегодня здесь можете находиться во главе Союза правых сил, потому что многопартийную систему ввела новая Конституция России / и без ЛДПР она бы не была принята. Вы бы жили в условиях диктатуры сегодня, Борис Ефимыч ( Владимир Жириновский).
Будут бояться коммунисты , потому что ещё не высохло чернило на указе президента о запрете всех коммунистических организаций в России ( Владимир Жириновский).
3. «Народ» - третий субъект политического действа , внимания которого добиваются политики, на чьи интересы ссылаются, чьё мнение, как им кажется, представляют: Наши соотечественники научились сравнивать слова и дела (Сергей Ястржембский ).
Так а кто агитировал народ ? Народ не хотел, народ не хотел! Ха-ха-ха! Он меня послушался, народ ! ( Владимир Жириновский).
Несмотря на наличие полисубъектности, следует констатировать, что в политическом дискурсе чрезвычайно редко прямое указание на конкретного деятеля. Субъект политической деятельности лишь в очень немногих случаях назван конкретно-референтным именем. В результате политический деятель мыслится говорящим не как конкретное лицо, а как некий политический институт. Происходит это под влиянием двух факторов, которые учитывались нами при создании шкалы:
Следует прокомментировать функционирование в политическом дискурсе этих факторов * .
В начале шкалы представлены высказывания, в которых субъект выражен либо именем собственным, либо личным местоимением «Я», поскольку именно эти идентифицирующие имена референциально однозначны.
Далее следуют примеры высказываний, в которых позиция субъекта выражена идентифицирующими именами, относящимися к более неопределённому референту, - именами нарицательными.
Завершается шкала примерами высказываний, где субъект представлен местоимениями – дейктическими словами, приложимыми к любому референту.
Таким образом, нарастание абстрактности находится в прямой зависимости от возрастания неопределённости референта: устранение Sb потому и представлено в виде шкалы, что именно с её помощью удобнее демонстрировать постепенность перехода от конкретики к абстрактности в политическом дискурсе при апелляции говорящего к фактам реальной действительности. Пункты шкалы, как нам кажется, наглядно демонстрируют прямую зависимость увеличения абстрактности при возрастании неопределённости референта.
Кроме того, следует отметить зависимость категории референтности от категории множественности: множественность в анализируемых высказываниях совмещена с неопределённостью, нереферентностью при назывании деятеля, что находит своё выражение при употреблении предикатов, представленных Vf 3 ( говорят, будут обманывать, пропустили, предлагают отобрать и поделить ). «Дело в том, что, в отличие от Ø/ты, местоимение Ø/3мн. никогда не соотносится с лицом, находящимся в фокусе эмпатии. Референт Ø/3мн. – это всегда «другие», использование Ø/3мн. выражает своего рода «отчуждение». При использовании таких конструкций говорящий как бы смотрит на субъекта действия «со стороны» [3: 344]. «Таким образом создаются фантомные члены социума: неопределённость выполняет те же социальные «лингводемагогические функции», что и плюрализация» [9: 160]. Эта точка зрения поддерживается А.Б.Пеньковским, считающим, что «едва ли справедливо видеть в представлении единичного как множества основное содержание грамматической семантики форм множественного числа… Функционально-семантическим центром таких форм следует считать генерализующее обобщение, которое становится основой для пейоративного отчуждения» [10: 57]. Таким образом говорящий исключает отрицательно оцениваемый им объект из своего мира, и, следовательно, «отчуждает его, характеризуя его как элемент другой, чуждой ему … культуры, другого – чуждого – мира» [10: 57].
«Свой» же мир для говорящего конкретен, и в силу этой конкретности, дискретности объекты этого мира названы говорящим собственными именами. «Свой мир – это мир собственных имён»
«Чужой мир – это мир неподвижный, статичный и плоский. Это мир, в котором нет дискретных объектов, и потому он воспринимается нерасчленённо» – эта мысль А.Б.Пеньковского подтверждается примерами высказываний из политического дискурса, в которых субъект эксплицитно не выражен (т.е. вступает в силу фактор постепенного смещения субъекта действия из фокуса внимания), а в качестве предиката говорящим избраны страдательные причастия и краткие прилагательные. Для них, как отмечает Е.Рахилина, естественнее обозначать временной признак, чем постоянный [11: 106]. В результате этого происходит пересечение глагольной и признаковой семантики, благодаря чему отодвигается на второй план процессуальность, актуализируется атрибутивность, что влечёт за собой переподчинение смыслов. Происходит смещение акцентов: у слушающего создаётся впечатление, что то, о чём идёт речь, не процессуально, не протекает во времени, и значит, изменяется, а атрибутивно * , вневременно, следовательно, постоянно.
Политику выгодно фокусировать внимание слушателя на объекте, не называть субъекта действия, поскольку благодаря этому усиливается прагматический эффект противопоставления «своего» и «чужого» мира: происходит фиксация сознания слушающего на негативе, который везде, который окружает человека, с которым поэтому бессмысленно бороться самому, а надо просто послушаться данного конкретного политика, довериться ему, а значит, проголосовать за него.
Таким образом, благодаря элиминированию субъекта действия из высказывания политиком реализуется функция контроля над установками и поведением слушающих.
* И всё же, как пишет Ю.С. Степанов, «дискурс не может быть сведён к стилю», хотя это действительно «язык в языке», это одновременно и особая социальная данность .
* Создавая типологию слов, представляющих позицию субъекта, мы опирались на следующие выделенные Н.Д.Арутюновой классы семантических разновидностей идентифицирующих слов:
* Категорию атрибутивности мы вслед за В.М.Глушаком понимаем «как своего рода “вместилище” для бесконечного множества моментов (признаков, свойств, характеристик) реальной действительности» [4:1].